Глава 5

Наконец настало 31 мая.

Конец месяца — крайний срок для моей и Элф рукописей.

С коричневым плотным пакетом под мышкой я стоял перед входом в Кристальный дворец. Думал я о предстоящей схватке, а из-за нервозности и страха у меня по коже бегали мурашки.

Не то чтобы у меня не было уверенности. Я выбрал трудную тему — тему, которую мне суждено было написать, тему, которую я смогу написать с максимальной мотивацией. И теперь моё сердце было полно никогда прежде не испытанным чувством удовлетворения

Даже я чувствовал, что эта работа удивительна. Несмотря на это, мои ноги дрожали.

Быть удовлетворенным собственной работой — нормально. Каждый чувствовал тоже самое. Похоже на то, как все заботятся о своём ребенке, словно о гении.

Хотя я чувствовал, что всё сделал хорошо, но, не дав кому-то другому это прочесть, я не был уверен, что другие согласятся со мной.

Даже если это нормально для меня, то читатель может со мной не согласиться.

Поэтому я был до сих пор напуган. Очень напуган. Мой живот был готов взорваться.

Это чувство сомнения и страха медленно исчезает, после того как множество читателей высылают мне свои позитивные мнения. Наподобие «очень хорошо» — такие оценки увеличивают мою уверенность

Три года прошло с моего дебюта... Я написал бесчисленное количество слов; множество людей прочло их и сказали мне своё мнение. Из-за этого я смог найти тонкую нить чувства «писать так, что людям это понравится».

К счастью, я смог найти читателей, которые сочли мои истории довольно хорошими.

Я был так рад на недавней автограф-сессии. Их чувства меня очень тронули.

Но в этот раз я написал нечто совершенно другое.

В отличие от моего предыдущего способа написания я написал это, избегая множества препятствий.

И тогда...

Сейчас я не знаю никого, кроме себя, кому понравится это.

Но продолжать думать об этом — пустая трата времени. Пока кто-то другой не прочтет это, то я обрету уверенность.

Сейчас три года доверия ко мне обесценились. Я был немного потерян и не знал, что делать.

Прямо как о сердце моей младшей сестры.

Я слабо пробормотал это про себя.

— Ах-х... Действительно, такая ностальгия.

Я не мог забыть... Первый раз, когда я пришел к издателю. Первый раз, когда я написал ранобэ, первый раз, когда я загрузил его в интернет — подобную напряженность.

... Пока «этот человек» не написал свой первый комментарий, я не мог уснуть.

— Хах...

Я пытался успокоиться. Этот человек... Друг, или, скорее, спаситель.

Так как мы общались только по интернету, то я не знаю его лица, истинного имени или пола. Но основываясь на том, как взросло он говорил, можно сделать вывод, что он парень старше меня.

Я говорил с ним много раз, еще до того, как я написал ранобэ. Разговоры были о том, какие сцены были лучшие, каких персонажей мы любили — ну, подобные вещи. Мы часто общались о бесполезных случайных вещах в течении часов.

Было весело. Это и было одной из причин, почему я стал писателем.

Хотя теперь я потерял все контакты с ним.

Что последнее я сказал ему?

В следующий раз я хочу Премию Соревнования Новичков..., ну, что-то наподобие.

— Хорошо.

Теперь... теперь не было времени, чтобы жить прошлым...

— Ну, я пошел.

Оставив беспокойство позади, я сделал шаг вперед.

— Давай устроим шоу!

Я позвонил в дверной звонок.

«Динг-Донг»

— .......... И?

Никто не ответил. Обычно я ждал около пяти секунд, а затем слышал «Покажи свою принадлежность».

Её не было дома? Нет, это невозможно. Я напоминал ей много раз, что «Я буду в 17 часов 31 мая», и «Вот тогда и выложим свои карты». Вчера я даже сказал ей «Это случится завтра». Она даже подтвердила это.

— Возможно... Она не смогла закончить свою рукопись и убежала?..

... А это возможно. Вчера, как и обычно, Ямада Элф всё ещё играла со мной и ничего не написала. Она не могла закончить рукопись за один день.

Рукопись Элф не была закончена вовремя — так, наверное. Вот почему Элф убежала, ведь так...

— Это невозможно.

Я опроверг свои собственные предположения.

Решив разделаться со мной, Ямада Элф всегда... была полна уверенности, всегда показывала отношение «выиграть у тебя будет проще простого». Я не могу поверить, что она всё это время играла на публику.

Кроме того, её достижения реальны. Лучшая продаваемая писательница, которая выпускала 4 тома каждый год.

Иными словами, она не могла убежать.

Она не была той, выставляющей крайний срок, чтобы напугать новичков.

И из-за хорошей репутации даже сейчас я с трудом верил, что ленивая девчонка, которая играла в Monster Hunter и писательница Ямада Элф были одним и тем же человеком.

Пусть основываясь на том, что я видел, для нее было невозможно закончить рукопись, но, основываясь на её прошлом, я знал, что она не оставляла дело на полпути. Убегать тоже было не в её стиле. Но она до сих пор не выходила...

В подобную ситуацию было трудно поверить.

...

— ... Она ведь... не умерла внутри, ведь так?

... Это невозможно. Этого просто не могло быть. Но...

Я вошел в Кристальный дворец, не придумав никакого другого объяснения.

— Кто-нибудь дома?

Я открыл дверь и крикнул, но никто не ответил.

Передо мной был темный коридор в западном стиле и полная тишина.

— Кто-нибудь дома?

Я снова прокричал на второй этаж, но также без ответа.

Дом Ямады теперь действительно превратился в дом с призраками.

... Одна минута. Две минуты. Я попробовал иначе?

— Ямада Элф-сэнсэй дома?

...

— Прошу прощения за вторжение.

Так как ответа не было, я решил проверить её рабочий кабинет. Ничего не поделаешь, ситуация была не из нормальных.

— ...

Я осторожно забрался по лестнице и подошел к рабочему кабинету Элф.

Легкое давление шло от этой двери... да, словно как от «Никогда не открываемой двери».

Я глотнул и схватился за ручку.

«Скрииииииииииииииииииииииииип». Со звуком, словно из фильмов ужасов, я открыл дверь.

Там я услышал очень знакомый звук. «Тап Тап Тап Тап».

Это был звук печатающей клавиатуры.

— Эл.....

Я остановился, не договорив. В кабинете Элф сидела перед компьютером. Я видел её профиль со своей точки обзора.

На её лице было такое серьезное выражение, которого я не видел раньше.

Она выглядела так, словно была одержима духом. Её внимание было полностью сфокусировано на экране, её руки бешено печатали.

Образ ленивой идиотки-писательницы, которая постоянно смеялась, полностью испарился.

Изображение одинокого игрока в Monster Hunter тоже.

Как я и представлял, Ямада Элф-сэнсэй была такой крутой, когда работала.

— ...

Я осмотрел комнату. Затем прошелся пальцем по полкам в шкафу.

Немного пыли было на моём пальце. Но я знал, что владелица была с таким характером, что никогда бы не позволила себе где-нибудь забыть почистить.

— Это значит...

Однако в этот раз, Элф услышала моё довольное бормотание. Она замерла и остановилась.

Чувство вины заполнило моё сердце.

Она повернулась ко мне. Вокруг её красивых глаз были глубокие и темные круги.

Сейчас на ней не было одета обычная одежда Лолиты, а вместо этого на ней был обычный спортивный костюм.

— Ах, ты пришел... Верно... сегодня... Тридцать первое, да... Пожалуйста, подожди в гостиной.

У неё был хриплый голос, словно у старухи.

— Я прервал тебя?

— ...

Она не ответила. Как будто не слыша, меня больше, она снова повернулась к ноутбуку и продолжила печатать.

Я ничего не сказал и приложил все усилия чтобы покинуть комнату беззвучно.

Как она и сказала, я ждал в гостиной. Там я сел на подушку и стал думать. Я чувствовал напряженную атмосферу во всём Кристальном дворце.

... Я никогда не думал, что у неё есть подобная черта характера.

Я не ожидал этого... Ну, не совсем. Образ её, настолько сфокусированной на работе, был таким же, как и образ у её читателей и у меня — лучшей продающейся писательницы, Ямады Элф-сэнсэя.

Так как она так выглядела, то она определенно сделает очень хорошую рукопись.

— Ха-ха...

Это должна была быть плохая новость для меня, но я ничего не мог поделать и счастливо улыбался.

Даже если она и мой противник, я оставался её поклонником.

Спустя час Элф пинком открыла дверь и вошла.

«БАМ!»

— Прости за ожидание.

Передо мной были пышные белые одежды лолиты и самоуверенный голос.

Похоже, что она полностью восстановилась. Что меня удивило больше всего, так это то, что черные круги под ее глазами полностью исчезли.

Она держала свой ноутбук и охапку бумаги в руке.

Элф подошла ко мне, и со звуком «БАМ!» положила эту охапку на стол, сказав:

— Это и есть моё новое ранобэ!

— ...

— Что случилось, Изуми Масамунэ? Ты выглядишь так, словно увидел что-то невероятное.

— Нет... но...

Хотя, когда я её увидел столь сосредоточенной на работе, я понял, что она сможет завершить все вовремя.

Но чем больше я думал об этом, тем труднее в это верилось. Ты реально закончила это?

— Ты, ты... только вчера у тебя не было написано ни единого слова, не так ли?

— Ну да. И что?

«И что»... вы ведь понимаете, что я пытаюсь сказать, ведь так?

— Ты закончила всё это... только... за один день?

Я бессознательно подобрал рукопись Элф.

Тяжелая. Эта рукопись была распечатана с двух сторон. На последней странице я видел цифру 130. Которая означала, что это ранобэ было длинною в 260 страниц.

— Один день... только двадцать четыре часа... две сотни и шестьдесят страниц?

Видя, как я был удивлен, Элф победно засмеялась.

— Нет, нет... Это невозможно! Не важно, как сильно ты стараешься, но ты можешь написать всего лишь двести страниц в день!

— Подожди! В то, что ты сказал, уже трудно поверить!.. Верхний предел должен быть в районе пятидесяти страниц.

В самом деле? Всего-то? В обычный день, когда мне надо идти в школу и я могу писать только дома ночью, то я могу написать больше этого. Она в самом деле профессиональная писательница? С такой медленной скоростью написания? Мне гореть в аду, если я не смогу написать минимум сто страниц в день.

Как быстр я был, когда я был под давлением «мы собираемся решать это послезавтра, так что напиши что-нибудь или умри»?

Пусть моё сердце было полно вопросов, теперь не было время, чтобы озвучивать их.

— Тогда это ещё страннее. Ты не писала ничего до вчера. Как ты могла столь внезапно закончить это сегодня?

— Хм, хм-м...

Элф покачала указательным пальцем, дразня меня:

— Сперва, разве я тебе не говорила ранее... «Ты вскоре узнаешь... когда я побью тебя».

— Ты говоришь о... ах!

Я вспомнил!

Мой уникальный навык довольно могущественный. Пусть я и не могу свободно его использовать, но моя сила может превосходить твой навык «быстрого писания».

Я думал, что она всего лишь шутила, поэтому я не заострил внимание...

— Ты... возможно ли ты!...

— Ахахахахаха... ты заметил? Быстро схватываешь, Изуми Масамунэ.

Элф взяла рукопись из моих рук и подняла над своей головой.

— Это мой особый навык «Великой писательницы»! Навык B-класса — «Призыв Тьмы» — позволяет мне призвать готовую рукопись из Другого мира!

— ...

Я мог лишь смотреть на неё с широко распахнутой пастью.

Нет, этого не может быть... Как подобный страшный навык может существовать?

— ... Ты думаешь, что я куплюсь на это?! Ты говоришь чушь.

— Я... я не вру!

— Лжешь! Ты яростно печатала совсем недавно!

— Это, это не была эта рукопись! Это... да! Я играла в игры. Я играла в игру.

Реакция Элф была такой, что я понял, что попал в яблочко.

— ...

Я посмотрел на Элф жалостливыми глазами.

— Ч-что?..

— Что за черт с этим «Призывом Тьмы»? Ты просто характером похожа на тех, кто не делает домашнее задание на лето, пока не станет слишком поздно.

— Нет, это не так ~~. Я действительно призвала её из Другого мира ~~

Она думает, что я кто-то, кто так просто клюнет на эту ложь?

Иногда такое случается — у этой дуры-писательницы, которая всегда себя ведет в стиле «Мне нечего делать».

Не веди себя так. Я действительно жду твоего ранобэ!

Видя моё холодное выражение лица, Элф надулась:

— Если ты думаешь, что я вру, то тогда проверь мой компьютер. Ты не найдешь какого-нибудь файла с этой рукописью.

Элф посмотрела на меня, словно пыталась сказать «Хм хм, а как тебе это» и показала ноутбук.

— ...... Подожди секунду.

Что она сказала прямо сейчас? Никакого файла с этой рукописью? Чтобы доказать, что она на самом деле призвала её из Другого мира, а не напечатала её...

Вот что она подразумевает? Возможно...

— Ты удалила его? Ты удалила свой оригинал рукописи? Из-за такой мелочи?

— Чего? О чём ты говоришь, идиот? Я призвала свою рукопись из Другого мира, поэтому там нет какого-то оригинала рукописи.

— Тц! Что ты наделала? Новое ранобэ Ямады Элф теперь пропало! Ты хоть понимаешь, насколько ценно оно было?

Из-за шока даже мой голос стал странным.

— ... Я говорила тебе... Я — Ямада Элф... Такой рукописи достаточно.

Она упрекнула меня так просто... Эта стопка бумаги была единственной оставшейся рукописью...

— ... Ты, что ты будешь делать, когда они попросят у тебя электронную форму? Издательство не примет её у тебя без этого файла.

— Меня не волнует. Если я одержу победу над тобой, то я оставлю рукопись моему редактору. Они позаботятся об остальном.

Ну что за стерва! И я думал, что «миленькая» — это особый признак учениц в средней школе, но она была исключением.

Всё верноооооооо! Она совсем не была милой!

Всё ещё тяжело дыша из-за плохого настроения, Элф бросила мне свою рукопись.

— Хорошо, веселье заканчивается здесь. Давай определим победителя, Изуми Масамунэ.

И наконец, момент настал. Если честно, то мне было очень страшно...

Но я не позволил этому отразиться на моём лице.

— Как и я, Ямада Элф.

Я выровнял своё дыхание и встретился со своим заклятым врагом. Осторожно я достал три сотни страниц рукописи из запечатанного пакета и дал ей.

Мы обменялись рукописями.

Конечно же, теперь настало время прочесть их и озвучить наши мнения.

Нам это надо было сделать один раз, так как если нам нужен победитель, то я всё могу дать Эроманге-сэнсэю.

Но я хотел сперва прочесть это сам. Рукопись, которую Ямада Элф-сэнсэй призвала из Другого мира.

Даже её редактор пока не читал это. Черновик рукописи.

Когда она взяла мою рукопись, то Элф наверняка думала также.

В этом случае я буду очень рад и очень гордиться этим.

— Ах... у тебя нету ещё названия этого?

Элф села рядом со мной.

— Ну да. Сказать по правде, я только что закончил это.

Впервые в жизни я потратил половину месяца на рукопись. Не то чтобы я не мог писать — нет, совсем не так, я продолжал вносить правки, когда писал. Чем больше я изменял, тем сильнее я писал. Я был... очень рад.

— Эй, ты, реши с названием этого ранобэ, иначе я не приму его.

На первой странице рукописи Элф было название ранобэ.

Там было два типа писателей: одни описывали что-то и основывали название на теме произведения.

Другие же выбирали сперва подходящее название, а потом писали книгу о нём.

Элф относилась ко второму типажу, который писал всё в соответствии с планом. Я же к первому, который писал о том что придумается. Я чувствовал, что подобное писательство очень малоэффективно.

Название книги Элф было очень неплохим, очень шокирующим и что самое главное, в нём был заложен символ чувств героини.

С первого взгляда люди бы сказали, что это радостное сексуальное ранобэ.

Только с одного названия я мог представить, как Эроманга-сэнсэй нарисовала бы супер смущающую иллюстрацию плоскогрудой героини. Как продукт, как ранобэ, показывающее все навыки Эроманги-сэнсэя, или как оружие, чтобы победить меня... какое чудесное название.

— Если с вероятностью один на миллион ты победишь меня, то я могу написать рекомендацию к твоему следующему ранобэ. Да кстати ~ пусть это и секрет, но все рекомендованные мною ранобэ уже на пути превращения в аниме.

— ....Удивительно.

— Я знаю, да, да ~

Элф прикрыла свой левый глаз рукой и встала в позу, словно аниме-героиня.

Она закрыла свой правый глаз, а затем как-то её левый глаз как будто засиял:

— Навык B-класс Божий Глаз — способность увидеть сущность ранобэ.

Она говорила так, словно её проницательность была всегда правильной.

Ну, пусть и её манера речи довольно трудная... но может быть у неё действительно есть это навык — Божий Глаз.

По правде говоря, её навыки В-класса и те, что выше, о которых Элф говорила, были не чушью, а реальными навыками... Правда, в этом я смог убедиться намного позже.

Особенно Божий Глаз Элф, о котором она говорила только что.

Это был её особый навык, который, откровенно говоря, обладал громадным потенциалом.

Потому что из-за этого навыка, вскоре после этого я попал в отчаянную ситуацию.

Элф всё ещё сохраняла свою крутую позу и пыталась говорить серьезно:

— Ха-ха-ха... с таким страшным навыком индустрия ранобэ скоро в один день сделает награду, названную моим именем.

— Хорошо, хорошо, действительно страшный навык. Твой Божий Глаз поражает — что означает, что если я одержу над тобой верх, то я буду также квалифицирован как писатель, чья книга скоро станет аниме.

— Ха... тебе самому не стыдно говорить такое?

Мы немного спорили и насмехались друг над другом. Элф сказала:

— Тогда... поторопись и прочти мою рукопись.

— А, ага.

— Дай мне увидеть как твоя уверенность выстоит против меня.

— Только подожди.

У меня появилось странное чувство. Могла ли она думать, что такое прочтение наших рукописей... нечто очень эротичное? Как будто мы друг друга видели голыми. Я не мог не думать так.

По правде сейчас моё лицо было еще горячее, чем в тот момент, когда я увидел голое тело Элф.

Нет, нет!..

Я потряс головой... почему-то Элф тоже потрясла своей. Затем мы открыли рукописи.

— .......

...........

Я медленно стал вчитываться. Победа и поражение потеряли для меня смысл. Моё сердце билось всё быстрее и быстрее из-за моего возбужденного состояния.

Я не мог остановиться. Моя рука, моё сердце не могли остановиться.

— .......

Удивительно! Просто поразительно!

Это... истинная сила кого-то, чьё ранобэ добилось аниме-адаптации!.. Это было что-то, что могло позже уничтожить меня, но я был захвачен этим. Я не мог не влюбиться в милую героиню, не мог не вообразить её Эро-иллюстрацию, нарисованную Эромангой-сэнсэем в своей голове...

— ... Эта девушка...

С недовольной улыбкой я повернулся к своему красивому заклятому врагу. Затем я внезапно понял.

Она... написала ранобэ для своего иллюстратора!

Слова ранобэ и иллюстрации объединялись как в кулинарии. Как только у ранобэ появятся иллюстрации, то ты не сможешь игнорировать любой аспект.

Было много примеров того, как кто-то решал сменить своего иллюстратора или иллюстратор прекращал работу по какой-то причине, а читатель сразу замечал различия. Как читатель, я сам понимал это очень хорошо.

Последнее ранобэ Элф и иллюстрации Эроманги-сэнсэя были рождены друг для друга.

— ..... Кх.

Описание истории, как она преподносилась, герои... всё было сделано на условии, что Эроманга-сэнсэй будет иллюстратором. Все женские персонажи были с плоской грудью. Все позы были такими, какие использовал Эроманга-сэнсэй.

Короче говоря, всё было очень эротично.

Основываясь на её характере, она не сможет написать другой тип ранобэ. Но всё что она пишет, было шедевром.

Ранобэ было о битвах с трансформируемым оружием.

Ранобэ, написанное для Эроманги-сэнсэя.

— Ты... это... удивительно.

Я дал ей своё искреннее ободрение, не осознавая это. Когда я понял что сказал, то посмотрел на неё чтобы увидеть её реакцию... но, казалось, что Элф не слышала меня.

Она была полностью сфокусирована на прочтении моей рукописи... и её лицо было наполнено ужасом.

— ...

Внезапно её глаза расширились, она стиснула зубы, словно хотела съесть мою рукопись.

Пока я проводил приятное время, читая рукопись Ямады Элф-сэнсэя, Элф читала рукопись Изуми Масамунэ в ярости.

— ... Эй, эй...

Я сказал, чтобы привлечь её внимание, но Элф не ответила. Она продолжала бормотать про себя:

— Эта рукопись... она реальна? Сделана по реальной истории? Не по вымышленной?

Ага, совершенно настоящая. Элф продолжала меня спрашивать читая:

— Она настоящая? Это очень для меня важно — пожалуйста, ответь мне.

Очень прямой вопрос.

... Почему... ты такая злая?

Разве я... написал что-то, что разозлило тебя?

— Ну, конечно, не всё тут правда...

Рукопись не показывает всю правду.

— В самом деле?

Дыхание Элф стало очень тяжелым, её палец сильнее сжал бумагу, она прикусила нижнюю губу.

— ...

Затем, не говоря ни слова, она вернулась к прочтению рукописи.

Она был очень серьезна. Несмотря на то, что она выглядела очень напуганной.

— ... Эм... Ох... Кх... Ох...

Её выражение лица медленно менялось... как будто она пыталась что-то вытерпеть. Затем...

— КАКОГО ~ ЧЕРТА!!!!!!!!!!

Она внезапно заорала, а затем начала бить. Она швырнула мою рукопись на стол, словно хотела сломать его. Затем она ударила по столу и упала на диван.

Она начала кататься по нему... всё ещё держа мою рукопись.

— Ооооооооооооооооо!! Кххххххххххххххххххххх!

Словно ребенок, который был увлечен игрой. Она превратилось в ЭТО, прочтя моё ранобэ... это напугало меня.

Как я мог представить, что у моего читателя будет такая реакция?

Что происходит?

Перевернула несколько страниц. Покрутилась. Повторила.

Затем она ударила головой об пол. Иногда она кричала «Ох ох ох ох ох ох!» или «Ззззззззззззз!!!!», короче — звериные звуки. Элф продолжала это делать некоторое время.

Я ничего не мог поделать с этим и лишь смотрел на неё со стороны.

Наконец, когда выносливость сошла на нет, она остановилась и посмотрела в потолок.

— .... Невозможно.

Пробормотала она. Затем слезы пошли из её глаз.

— Вахххххх... Я не могу победить... Я такое просто не могу победить... Ваххххххххх.

Элф продолжала плакать и повторять себе, что она не может выиграть.

... Но почему? В этот раз я сам чувствовал, что моё ранобэ очень хорошо; у меня не было проблем с уверенностью. Но чтобы это ранобэ смогло ТАК победить супер написанное ранобэ Элф?

Я не мог придумать никакой ответ, поэтому я спросил:

— ... Моя рукопись... настолько хороша?

— Нет! Совсем не это!

— Э?

Я не понимал. Мы сейчас выложили на стол все карты. Она сказала, что не может победить и это значит, что Элф приняла поражение? Если я не выиграл, то тогда кто?

— Ты всегда меня отчитываешь за что-то! Но ты ещё сумасшедшее чем я! Ты должен понимать это с самого начала! Это... это... что это за пытка такая? Ты что, хочешь убить меня?

— ... Моя работа была так плоха, что разозлила тебя?

— Да я говорю! Всё совсем не так.

Элф встала и, сжав руки в кулаки, сказала:

— Ты тупой идиот! Ты супер извращенец! Ты заставил меня прочесть нечто подобное! Ранобэ, которое я написала продастся в миллион раз лучше твоего! Но! Это... мы не сможем определить победителя! Это тоже самое, что и использовать металлический геймпад в боевой игре.

Пусть она использовала и очень яркую метафору, но я всё равно не мог понять, о чём она говорила.

— Ей... ты... я абсолютно не понимаю что ты говоришь! Кроме того, это мой шедевр, написанный моей душой, моё идеальное ранобэ!

Я наклонился вперед, моё лицо почти касалось лица Элф и она ответила.

— Ах ~ я так и знала! Я поняла, прочитав это! Пусть это и вывело меня из себя, но я подтвердить это тебе! То что я держу в руках, действительно было рождено твоей душой, это навык S-класса Изуми Масамунэ — «Идеальное ранобэ».

— Тогда в чём проблемы?

— Но это не что-то, что «понравится множеству читателей»! Если говорить об этом ранобэ, то я думаю, чем меньше людей это прочтет, тем больше они смогут насладиться им. Твоё ранобэ — идеальное ранобэ, потому что она было рождено твоей душой и было написано только для одного человека!

— ........

На это я ничего не мог ответить. Она была абсолютно права.

— Это даже не ранобэ. То, что у тебя, это... это... твоё...

— Ты пытаешься меня оскорбить?

Она закричала, а затем выбежала из комнаты прямо к лестнице.

— Эй, эй!

Я быстро проследовал за ней в рабочий кабинет и спросил:

— Что ты хочешь сказать?

— О ~ боже! Ты такой тупой ~

Элф остановилась на секунду, а затем наставила свой палец мне в лицо.

— Что! Я! Говорю! Как продукт, ты написал полное дерьмо! Во всём мире лишь двух людей тронет это произведение. Кроме меня, это ещё будет твоя младшая сестра — Эроманга-сэнсэй!

— !..

То что Элф только что выкрикнула со злобой, ударило меня словно молния.

Я совершенно не ожидал этого. Несколько секунд я ошеломленно стоял, а затем спросил:

— Почему... Как ты... узнала?

— О том, что твоя младшая сестра — Эроманга-сэнсэй?

— Не только это. Как ты узнала, что я написал это ранобэ, основываясь на младшей сестре? Я много там изменил; кроме меня, никто не может это понять. Кроме того, в этом ранобэ младшая сестра не хикикомори и я никогда тебе не говорил о ней — о Сагири. Как могла ты...

Как ты могла это сказать?

— Ты не говорил мне. Но я знаю. Просто прочитав это.

Отношение Элф было таким, словно она хотела сказать «Что? Ты спрашиваешь о такой мелочи?».

— Чёёёёёё?

— Хм?

После момента тишины Элф указала на меня.

— Ах... ты что, думал что всё так хорошо скрыл? Что я не смогу это увидеть?

Она словно говорила «Мне всё ясно». Но Элф вскоре поняла своё ошибочное предположение и сказала мне:

— Ах... Ах... Ясно. Ну, если бы читатель не знал тебя лично, либо знал, но особо не думал о тебе, то да, возможно, он не смог бы подумать так. Да, мне надо взять свои слова обратно. Ты хорошо всё это скрыл... но как только я прочла это, то твой секрет раскрылся.

— ... Чего? Раскрылся?

— Да. Раскрылся. Ты написал то, что прямо говорит, что твоя младшая сестра — Эроманга-сэнсэй. Поэтому, я предлагаю тебе отказаться от идеи публикации этого.

... В самом деле... Я думал, что достаточно хорошо скрыл это.

Это действительно сила Божьего глаза? Действительно?..

Но когда я озвучил свои мысли, она ответила:

— ... Я поняла это, но не из-за этого навыка.

В этот раз, я не мог понять в чем заключался скрытый смысл Элф.

— ... Это... Я... Я планировал отдать это ранобэ после прочтения...

— Ах, всё нормально. Твои чувства передадутся ей без проблем.

Элф отвечала так, словно это было нормой. Уже готовый заплакать, я спросил её:

— Итак... секрет был раскрыт?

— ... Ты всё еще не понимаешь своих чувств?

— Я... сказал, что «Я хочу написать что-то от всего сердца» и «Я хочу написать ранобэ с моей младшей сестрой в главной роли». Это такая проблема?

— Послушай... если ты сказал это, то почему ты думаешь, что твой секрет не будет раскрыт?

— Почему...

Я опустил голову и сжал руки в кулаки.

Что я за идиот! Идиот, идиот, идиот! Меня так унесло, что я оставил столько подсказок про Сагири!

Поэтому, пусть Элф и приняла своё поражение, но я всё равно не мог дать это Сагири!

В ранобэ, что я написал был совершенно нормальный, обычный ученик старшей школы...

И он любил свою сводную младшую сестру.

О чём я тогда думал? Почему я написал это столь прямо?

Я кое-что изменил, но любой, кто заострит внимание, обязательно поймет.

Но тут ничего не поделать. Я всю душу вложил в это.

— Хм, о моей злости... прости, что так среагировала. Но, ладно, что ты собираешься делать?

— Что... ты хочешь сказать?

— Ты собираешься отдать это любовное письмо своей младшей сестре?

— ААААААААААААААААААААААААААААААА!

Я схватился за голову и закричал.

— Любовное! Любовное!.. Ты!..

— Э? Разве это не тоже самое, что и любовное письмо? Фактически любовное письмо длинною триста страниц ~ твоей стооооооооооооооооооооооооооль горячей любви.

— #$%%@@%

Ты убить меня хочешь? Ты так сильно хочешь прибить меня?!

Моя голова была пуста, я не мог думать ни о чём.

Теперь моё лицо уже не может быть хуже.

— Я думала, что ты громадный извращенец, но оказалось, что ты сам это не понимаешь. Это, ну это... ты действительно...

Элф неистово почесала свои красивые светлые волосы:

— Ты действительно позволишь своей младшей сестре увидеть это? Ты ведь за этим и писал, не так ли?

— ... Да. Да, это так.

— Поэтому...

Элф вернула мне мою рукопись, несмотря на то, что она не дочитала её.

А затем взяла свою рукопись назад. И...

— Поторопись и сделай то что должен! Иди к Эроманге-сэнсэю.

Элф опустила свою рукопись в шредер.

— Ах... Я проиграла! В этот раз я проиграла!

— П-подожди!

Я рванулся вперед, но половина её рукописи уже исчезла в шредере.

Её оригинальный документ был удален, поэтому это была единственная рукопись в мире.

Эта тщательно написанное ранобэ, удивительное ранобэ, написанное исключительно для Эроманги-сэнсэя — оно пропало.

— Что же ты делаешь! Ты!..

— Почему ты плачешь?

— Я всё еще не прочел его!

— Ах ~ спасибо тебе. Но бессмысленно держать его. Ты ведь и сам это понял, верно?

— ...

Это ранобэ было написано с главной мыслью, что Эроманга-сэнсэй будет иллюстратором. Бессмысленно просить кого-то другого занять эту роль.

Вот что хотела сказать Элф.

Я это понимал. Но... это такая потеря. Такая хорошая работа!

— Я скажу это только сейчас. Я тебе проиграла, но это не значит, что ты выиграл. Не пойми неправильно.

— ... Не пойми неправильно что?

— Насколько же ты туп...

Элф вытерла слезы.

— В следующий раз — я буду победителем.

Это значит... она сейчас проиграла, но она не собирается отказываться от Эроманги-сэнсэя.

В её рабочем кабинете Элф и я смотрели друг на друга не говоря ни слова.

Спустя несколько секунд тишины, Элф сказала мне:

— И что дальше? Что ты собираешься делать? Не хочешь ли мне сказать, что ты не собираешься показывать это своей младшей сестре?

Её голос был тих, но прозвучал он так, словно взорвался у меня в голове.

— Это ранобэ победило меня.

— ... Ты падла.

Какое легко-выводящее-из-себя ободрение... но то что она сказала, было правдой.

С рукописью в руке — той, что заставила её принять поражение, той, что превратила другую хорошую рукопись в кусочки.

Как я мог выбросить её?

Только одно я мог сделать.

— ... Понял.

— Хм? Что? Я не расслышала тебе — погромче скажи.

— Я покажу ей! Вот что я решил сделать!

Я написал это ранобэ для моей младшей сестры, для Эроманги-сэнсэя.

Даже если мои истинные чувства раскроются, то я не планирую сменить все мои намерения.

Пусть это сведет все мои годовые усилия к нулю.

Пусть я могу больше и не увидеть мою младшую сестру вновь.

Пусть я могу потерять своего помощника по работе.

Всё равно я решил.

Мне нужно найти путь, чтобы открыть эту «Никогда не открывающуюся дверь».

По правде, я никогда об этом так сильно не думал.

На самом деле есть много путей... Я могу пропихнуть это под дверью, могу оставить с запиской. Но Сагири может не увидеть этого.

... Я не видел её полмесяца. Она даже не прикасалась к своей еде... она никогда не покидала комнату — и только потому, что я объявил ей, что хочу сделать её героиней своего нового ранобэ.

Я не рада! Не рада, не рада, не рада! Что ты говоришь — абсолютно безразлично для меня! И это отвратительно! Я ненавижу лгущего Нии-сана большего всего! Я не верю тебе! Выметайся! И не приходи сюда больше!

... Судя по её реакции, даже когда я закончил своё ранобэ, будет очень сложно попросить прочесть его.

Вот почему я думал о способе. Нет, не так, я всегда думал об одном — Мегуми однажды предложила мне несколько путей. Пусть я и забыл большинство из них, ведь они были так бесполезны.

Но это было хорошее место для моего плана, поэтому я прошел мимо Элф.

— ... Что ты собираешься делать?

Да. Если бы я был главным героем, о котором я написал, то я бы не сомневался... Я не мог не вообразить эту сцену.

Пусть я и никогда не думал, что я сам сделаю это.

Однако... Как я мог проиграть кому-то, кого я сам и создал?

— Эй, ты меня слушаешь?..

Я ведь тебе говорил? Я собираюсь встретиться с Эромангой-сэнсэем.

— Ха? Ты говоришь... Ты не собираешься же...

Элф кажется поняла что я намеревался сделать. Ну, она бы это поняла даже без Божьего Глаза.

Я...

Медленно открыл окно на балконе.

— Ты что, серьезно? Если ты упадешь отсюда, то простыми ранами не отделаешься! Кроме того, на другой стороне!..

— Я всегда серьезен! Вот и я!

Без тени сомнений я рванулся вперед. Ментально и физически, полный мотивации я оттолкнулся от пола...

И прыгнул.

Момент парения.

Секунду спустя мысль «Я точно умру» появилась у меня в голове.

Пусть расстояние и было небольшим, я мог допрыгнуть до другого окна без проблем...

— ... Окно-то не открыто! Воооооооот ЧЕРТ!!!!!

Когда стало ясно, что она не сможет остановить меня от прыжка, Элф быстро закричала в тот момент, когда я собрался прыгать:

— Эроманга-сэнсэээээээээээээээээээйййййй! Если ты сейчас же не откроешь окно, то твой брат умрёёёёёёёёёёёёёёёёёёт!!!

«Клац»

До того, как Элф закончила, окно внезапно распахнулось.

Одетая в пижаму, появилась моя младшая сестра, которую я не видел полмесяца.

В то мгновение, все мои мысли остановились.

— ........

Пусть у меня и было предчувствие, что окно откроется, когда я прыгну, но, по правде, когда я уже разбегался, а Элф начинала кричать — Сагири уже открывала окно. Всё это было очень странно.

Пусть это и было странно...

— Нии-сан!

Я услышал это. Я увидел шокированное выражение лица моей младшей сестры. И я запомнил каждое малейшее движение её крохотных губ.

— Вот и я, САГИРИ!

В теории, я не мог сказать это вовремя. Но я запомнил, что говорил это.

Всё случилось так быстро, что никто не мог уже в этом быть уверен.

В боевом ранобэ чувство «как будто время остановилось» было вполне обычным. Теперь я сам мог убедиться, что это не было преувеличением.

Конечно же, пусть столько мыслей пронеслось у меня в голове всего за секунду, но законы физики никто не отменял. Не имея шанса изменить свою траекторию полета, я столкнулся со своей младшей сестрой.

— ... Угх!

До того как я ударился об Сагири, меня немного замедлили перила, поэтому это было как удачей, так и неудачей. Если бы я ранил её, то я бы предпочел бы разбиться об окно.

И я не только столкнулся с Сагири. Точнее сказать — я повалил её и упал сверху на неё.

— ... Ой, как больно, как больно...

Боль от моей ноги подтвердила то, что я ударился с оградкой, но в то же время моё лицо чувствовало что-то мягкое.

... Что это? Чего моё лицо касается?

Я медленно открыл глаза и передо мной было...

— Чт...

Грудь моей младшей сестры.

Другими словами... Моё лицо сейчас терлось о грудь моей младшей сестры.

— ... Ой... что...

Сагири открыла свои глаза и несколько раз моргнула...

— Что...

Правда перед её глазами была за пределами её понимания, поэтому это её временно ошеломило.

— ...

— ...

Плохо. Всё очень плохо... Я... Мне надо что-то сказать.

— Нет, это, это... Эм...

Да, да, точно! У меня же есть причина! Теперь, когда я встретился с ней, я скажу это! Хорошо!

Пока моё лицо прижималось к груди младшей сестры, я открыл закрытый пакет и сказал фразу, которую я приготовил:

— Сагири, я написал новою рукопись. Прочти её.

— !

Она шокировано посмотрела на меня пару секунд, словно думая над тем что я сказал, а затем

— ЙААААААААААААААААААААА!!!!!!!!!!!

«Шлепок»

Она шлепнула меня. Сильно.

— .......

— .......

— ................ Ну это... прости.

Несколько минут спустя... Я сидел в комнате Сагири с опухшим лицом.

Передо мной она обнимала своё тело. Из-за смущения её лицо было красным и показывала очень несчастное выражение лица.

[Тц, забудь уже... это не что-то, что я могу спустить на тормоза, но пока что... итак?]

Я мог слышать её бормотания с помощью гарнитуры.

Обычно, без этого её голос был такой тихий, что разговаривать было невозможно.

Мне... очень нравился её естественный голос.

[Почему ты сделал что-то такое опасное?]

— ... Потому что... ты... после того... ты не открывала дверь снова.

Обычно Сагири часто забывала закрыть окно, поэтому я думал, что в этот раз оно будет открыто.

— Я... волновался... и это был единственный путь, который я смог придумать.

Я снова извинился перед ней.

[...]

Сагири посмотрела вниз. Я не мог понять, что она думала.

— ... Сагири... почему ты открыла окно?

[... Э?]

— Прямо сейчас мы ударились друг об друга потому что ты открыла окно...

[... Не твоё дело]

Сагири решительно замяла эту тему. Она продолжила:

[... Об этом]

— Что?

[Причина. Почему я не открывала дверь]

Я дал ей свою рукопись, но в ответ она мне что-то дала.

Меня интересовало что это было... Мои глаза расширились...

— Это!..

В то мгновение, я просто не знал что сказать. Мои эмоции бурлили; я не знал как мне ответить на это.

На электронной доске, которую Сагири мне показала, была главная героиня из «Серебряный Волк. Реинкарнация».

Это была почти такая же памятная иллюстрация, которую я видел раньше.

Однако тут были некоторые изменения.

Это была иллюстрация на тему «главная героиня замахивается оружием в битве».

Что с тобой? Эта боевая иллюстрация выглядит очень эротично!

— Ты! Это же!..

[... Боевая сцена. Так ведь лучше, не так ли?]

— Не только так лучше... это же не тот уровень, что и раньше!

Она действительно раньше не понимала оружие... особенно когда он рисовала тяжелые пушки. Теперь, иллюстрация выглядела так, словно кто-то другой нарисовал её в реалистичном стиле. Ну, может быть реалистичный стиль — не правильное слово... Я хотел сказать, что её персонаж выглядел «живым».

[... Это так]

Сагири кивнула, притворяясь спокойной... но она слегка улыбалась.

Она... плохо скрывала сейчас свои чувства. Сейчас, это была её милая сторона.

Я мог чувствовать, как моё лицо становилось горячее, и я не мог больше смотреть в лицо младшей сестры.

— В конце концов... в чём различие? Почему это выглядит в разы лучше, нежели чем ранее?

[... Кто знает?]

Сагири склонила голову.

— Эй, что это за «кто знает»? Это что, какая особая техника рисования или что-то подобное?

[Смотрела некоторые боевые видео... Характеристики оружия... Много читала]

Другими словами — это был результат её обучения.

[Но, это не была другая техника рисования... Я не знал, как выразить это]

Если это была видео-трансляция, я мог спросить Эромангу-сэнсэя о её технике рисования — но это было невозможно в отношении Сагири.

[Только...]

— Только?

[Я лучше понимаю чувства людей, когда они сражаются... возможно]

— ... Действительно?

Я сам думал, что Сагири абсолютно не шли «бои».

Она выглядела загадочно несколько секунд, затем опустила голову и сказала:

[... Я... не люблю... когда люди умирают или им больно...]

— !

У меня было чувство, что в её словах только что бы скрытый смысл.

[Так было уже довольно давно. Не пойми неправильно]

Как будто она предвидела мой несказанный вопрос, Сагири быстро объяснила:

[Потому что бои... когда мои любимые персонажи уходят... очень грустно]

— Понятно.

В её трансляции Эроманга-сэнсэй также оплакивала смерть её любимого персонажа.

Что за нежная девушка.

[Ранее, рисуя такие иллюстрации, я была противоречива. Однако... после того, как я поговорила с тобой об иллюстрациях к твоему ранобэ... Я поняла, что этого недостаточно. Я не могу просто рисовать, что знаю]

То, что Сагири... Эроманга-сэнсэй говорила, было абсолютно противоположно тому, что говорила Элф.

[... Я не могу... принять это... поэтому...]

Сказав это, Сагири прерывалась и закусила свою нижнюю губу.

Она, вероятно, была зла на то, что терзало её... Выглядело это так, словно её милое лицо также было способно на ужасающие выражения.

— ... Ты хочешь сказать, что не могла принять этого...

[Ага]

Она смотрела на меня глазами, полными негодования.

— ... Я, да... тогда я сказал, что они были очень эротичными и... поэтому...

Сагири нахмурилась «Му~» и её взгляд стал острее.

Ого... она зла?

Ну, это понятно. Если кто-то сказал мне «Это дерьмовая сцена» или «Мне не нравится этот персонаж», я бы сильнее старался. Улучшить своё писание — практиковать писать то что я не хочу или что я хочу довести до идеального состояния. Я пытался много раз сделать это в прошлом.

[Я чувствовала, что не могла больше игнорировать бой. Поэтому постепенно я смогла закончить эту иллюстрацию]

— Бой?..

[Да]

— С кем?

Невозможность принимать критицизм, а затем стараться сильнее... это бой со мной?

[...]

Сагири покачала головой, но отказалась отвечать.

Кто этот «враг», о котором моя младшая сестра только что говорила? Кроме меня, кто это может быть?

Сагири снова передала мне электронную доску:

[Также это. Взгляни]

— Что на этот раз?

Передо мной была иллюстрация девушки. Это не была моя героиня — эту девушку я вообще раньше никогда не видел.

[Высокий уровень должен быть такой]

— ...

[А эта с другой прической]

— ...

[Как тебе?]

Ты спрашиваешь меня «как тебе?» — я могу ответить тебе с первого взгляда.

— Ты... ты можешь теперь рисовать персонажей с большой грудью?

[... Даже если это и сложно, но с достаточной практикой я смогу сделать это]

Сагири гордо подняла подбородок.

Пусть, основываясь на её словах, это еще и не достигло такого уровня, которого она хотела.

Но она, скорее всего, много практиковалась... Я помню, как говорил ей, что в её иллюстрациях отсутствовали большегрудые персонажи.

[Вот, взгляни, это — голая версия]

Сагири провела своим пальцем и экран показал девушку без одежды на верхней части тела.

Полуобнаженная, супер эротичная иллюстрация.

— ...

[Как тебе?]

— Ну, как бы это сказать...

Я рад, потому что девушка, которая мне нравится показала мне Эро-иллюстрацию, которую она нарисовала... нет, нет, нет, как я могу сказать такое! Хотя я был смущен собою, но моё сердце продолжало бешено колотиться.

[Что ты думаешь?]

— ... Супер эротично. Идеальная иллюстрация, сэр.

Я бессознательно говорил на формальном языке.

[... Ммм.]

Сагири снова улыбнулась.

... Плохо. Из-за слов Элф я думал слишком много.

Мы были родственниками.

Итак... полмесяца Сагири практиковалась в этом...

Когда я думал об этом, она неожиданно назвала меня по псевдониму.

[Изуми-сэнсэй]

— Да?!

Она посмотрела прямо мне в глаза и сказала:

[Ты понимаешь? Если новый иллюстратор хочет выкинуть меня из твоего нового ранобэ, то я не позволю это]

— А?

Я застыл на секунду, не в состоянии понять что она сказала.

— Чё? Выкинуть тебя? Что ты имеешь ввиду? Кто тебе такое сказал?

Я не понимаю! Что такое говорит моя сестра?

Сагири серьезно ответила:

[Потому что... Нии-сан продолжает скрывать что-то от меня; ты секретно познакомился со странной девушкой и даже пользовался с ней вместе компьютером...]

Она вероятно говорит о том времени, когда я говорил с Элф об Эроманге-сэнсэе.

[Кроме работы, Нии-сан, у тебя нет возможности познакомиться с любыми красивыми девушками]

Пусть твоя проницательность не дала сбоя, но твои слова ранят меня, понимаешь?

[Тогда... после того, как Нии-сан повстречался с этой девушкой... ты стал выглядеть очень мотивированным]

Ах ах... ну, она говорит правду.

[Поэтому... ты... искал нового иллюстратора... именно эту причину ты не мог сказать мне, верно?]

Сагири внезапно погрузилась в депрессию. Видя её такой, я понял, каким идиотом я был.

Она посмотрела на меня снова и усилила свой голос — я мог слышать её без гарнитуры.

— Я много практиковалась с тех пор! Я проработала все твои жалобы... Я нарисую иллюстрации, которые будут соответствовать твоим требованиям!

— !

Она говорила свои истинные чувства. Итак, в течении половины месяца... Сагири закрылась в своей комнаты и не трогала мою еду и не отвечала мне потому что...

— Изуми-сэнсэй. Когда ты сказал, что сделаешь свою младшую сестру героиней своего «идеального ранобэ»... Я была очень счастлива! Поэтому я очень хочу рисовать иллюстрации к этому ранобэ!..

Её слова с предыдущей встречи вернулись с противоположным значением.

Сагири сняла гарнитуру и прокричала:

— Я никогда не проиграю! Я не отдам Изуми-сэнсэя этой девчонке!

Выходи и сражайся! Я не отдам тебе моего помощника по работе!

Что за идиот. Я, мы... мы оба... Ну что за шутка.

... Тебе надо было сказать всё с самого начала... в самом деле.

Элф была права. Абсолютно права.

У меня также нет причины отчитывать Сагири.

В конце концов, я был тем, кто старался быть для неё «идеальным старшим братом».

... Как могут брат и сестра любить друг друга...

Я спрятал, похоронил свои чувства. Я полюбил её с первого взгляда, но я пытался относиться к ней, как члену семьи. Я думал, что это будет нормально.

— Это мои слова.

— О?!

— Это было ошибочное понимание! Эта девушка... Наш сосед, Ямада-сан, она — лучшая продаваемая писательница, Ямада Элф-сэнсэй!

— Ох!!!

Глаза Сагири расширились.

— Ямада Элф-сэнсэй... она?

— Да. Она — Ямада Элф-сэнсэй. Она...

Я немного замялся, но продолжил:

— Она — поклонница Эроманги-сэнсэя и она хотела работать с тобой! Поэтому мы поспорили и решили решить спор с помощью писательства. Мы поставили Эромангу-сэнсэя как приз.

— Чт... что за черт? Я никогда не слышала об этом.

— Конечно же. Я не говорил тебе, потому что я боялся, что ты сравнишь меня с ней и решишь, что работать с автором бестселлеров намного лучше. Я боялся! Я не мог тебе сказать об этом!

Теперь, когда я сказал это, это действительно выглядит отстойно.

— Что, чегооооо?! Как такое возможно? Нии-сан, ты идиот!

— Я так и думаю. Я должен был сказать тебе с самого начала.

— Я не это имела ввиду... это не то что я хотела сказать!..

— Но это ты подразумевала?!

— НЕТ! Эта дуэль писателей — как вы планировали выявить победителя?

— Мы оба планировали отдать свои рукописи Эроманге-сэнсэю и позволить ему решить.

— Тогда... Нии-сан, это твоя рукопись?

— Ага.

— Рукопись Ямады Элф-сэнсэя... тоже здесь?

— Нет.

— ... П-почему?

— Потому что я победил её.

Сказал я гордо... Пусть она и приняла поражение, прочитав это, но это не выглядело моей победой. Но то, что я сказал, было правдой.

Я стоял перед моей младшей сестрой. Дайте мне немного покрасоваться крутым.

— Ты... победил её...

Услышав это, глаза Сагири расширились.

— ... удивительно.

Затем она невинно засмеялась:

— Изуми-сэнсэй... ты победил её... удивительно.

— Верно, верно.

Моё сердце вырывалось из груди! Это была лучшая похвала!

— Прости. Я должен был дать тебе прочитать обе рукописи... до того как мы выявили победителя.

Сагири закрыла глаза и медленно покачала головой.

— Нет необходимости.

Сагири указала на свою электронную доску.

Её действия были сильнее любого доказательства.

— С самого начала я выбрала тебя бы, Нии-сан.

Она подняла правую руку навстречу мне.

Её характеристики изменились, она говорила взрослым мужским (Эроманга-сэнсэевским) голосом:

— ... Позаботься обо мне, Изуми-сэнсэй.

— Позаботься обо мне тоже — Эроманга-сэнсэй.

Я взял её руку. Лицо Эроманги-сэнсэя покраснело, как у девушки.

— Я, я не знаю никого с таким именем.

Услышав фразу, которую я уже долго не слышал, я не мог не улыбнуться.

... Поздравления.

Пусть я хотел закончить на этом, но по-правде было ещё кое-что.

Это было, ну... причина, по которой я прыгнул в эту комнату. Я не пришел сюда, чтобы решить неправильное понимание Эроманги-сэнсэя.

— Сагири... ты голодна?

— ... Немного.

Сагири положила руку на живот, который незамедлительно издал милый «Квииииз» звук.

Она сразу же покраснела. Я притворился, что ничего не расслышал и встал.

— Я пойду что-нибудь приготовлю.

— Нет.

Конечно же, Сагири также не забыла этой причины. Она держала меня за рукав и сказала:

— Мы... не закончили разговор. В этот раз... очередь Изуми-сэнсэя.

Сагири повернулась ко мне и подняла руку.

— Дай мне увидеть.

— Ох!

— Твоё новое ранобэ — дай мне увидеть его.

— Ах ах ах! Верно, верно... конечно же!

— Чего ты так нервничаешь?

— Нет, я совсем не нервничаю. Совсем ни капли.

— Пусть это так не выглядит... но поторопись и дай мне это.

— Конечно.

Я глотнул... и снова приготовился.

Я дал её свою рукопись, словно она была тяжелейшим оружием.

Рукопись, которую Элф оценила как «любовное письмо моей младшей сестре».

— Тогда... взгляни на него.

— ??? ... Ты странно себя ведешь, Нии-сан.

Конечно же, потому что он еще не знала его содержимого, Сагири не чувствовала никакого давления. Она посмотрела на название:

— Тогда, я прочту его.

— Ах да... эм, о... Сагири... пока ты читаешь, могу я сходить приготовить еду?

Конечно же, я сказал это, потому что я хотел приготовить что-то для моей младшей сестры, а не потому что хотел сбежать.

Я встал и направился к двери, не дожидаясь её ответа, но Сагири снова поймала меня.

— Нет. Останься.

— П-почему?

— У меня такое чувство, словно Нии-сан хочет сбежать.

Какая острая проницательность.

— Кроме того, ты уже видел мои иллюстрации... поэтому даже не пытайся.

— ... Я понял.

Хорошо, я останусь здесь! Я больше не буду пытаться убежать! К черту всё это!

Поэтому я сел перед девушкой, которую я любил, когда она собиралась прочесть моё трёхсотстраничное любовное письмо.

Что за испытание божественного класса. Даже главный персонаж из «Серебряного волка» никогда бы не справился с этой ситуацией.

— ...

Я вытер пол со лба и стал ожидать какого-либо развития.

Сагири перевернула первую страницу... внезапно она нахмурилась.

Ой! Это! На первой странице... главный персонаж встречается с героиней и влюбляется в неё с первого взгляда... Пусть я и не писал это так... и было много отличий от Сагири... до того как Элф указала на это, я думал, что никто не сможет понять это...

Итак... она поняла это?

— ...

Не показывая никакого выражения, Сагири перевернула другую страницу.

Всё ещё нет? Секрет всё ещё держится? Хорошо... хорошо ведь, верно?

Всего две страницы, а я уже так разнервничался. Сможет ли моё сердце выдержать триста страниц?

— ...

«Флип. Флип. Флип. Флип.»

Одетая в пижаму, моя младшая сестра продолжала читать мою рукопись.

Проходило время. Несколько раз Сагири краснела — очень легко понимаемая реакция. Но иногда она отрывала взгляд и смотрела на меня.

Каждый раз, когда она делала это, моё сердце было готово вырваться из груди.

«Тум Тум» Моё сердце билось словно барабан.

Парни, попробуйте представить себе сцену:

Вы отдали любовное письмо девушке, которую вы любите... затем вы смотрите, как она читает его.

Любовное письмо, наполненное вашими чувствами, вашей любовью. И когда вы ждете когда она закончит читать... это всего лишь несколько минут, но они длятся словно часы. Вы чувствуете себя, словно вы преступник и ждете смертной казни. Никто не хочет оказаться на этой линии между Раем и Адом.

Но... в моём случае... моё любовное письмо было длинною в триста страниц. Ей наверняка потребуется, по крайней мере два часа, чтобы прочесть его.

Я умру! Я точно умру!

Несколько минут длятся словно часы... и мои не собираются вскоре закончиться.

Просто прибейте меня уже!

Надеясь, что секрет моей любви к Сагири не будет раскрыт... Я всё ещё надеялся на это, но... это было так тяжело... Я никогда не думал... что это будет так тяжело.

— ...

Я не знал с какого времени, но Сагири... её уши покраснели. Её девственно чистая кожа помогла быстрее это заметить. Её руки. Её ноги. Её лицо. Всё было красным.

Она поняла?

— ............ Ох....

Её рука слабо задрожала, её глаза начали вращаться.

Её дыхание стало тяжелее, словно у неё был жар.

— ........... Ого.

С расстояния я видел всё.

... Со мной покончено... всё... кончено... Она узнала...

Я не знал, что Сагири чувствовала ко мне, но она сказала...

[... Нии-сан... Любит.]

Без сомнения, я буду шокирован до смерти.

Время проходило... Одна минута... Две… Три минуты. Сагири всё не двигалась и не читала. Я собрал всю свою смелость и спросил:

— С-сагири?

— Д-да!

Её реакция была слишком сильной. Я и не думал, что услышу такой громкий её голос.

Я секунду колебался, а затем спросил сверхнейтральным голосом:

— Как, как тебе это?..

— Это, это...

Сагири держала рукопись в руках и была встревожена.

— Хороша! Удивительна!

— Д-действительно?

Пусть это и не то, что я хотел спросить... но это сделало меня очень счастливым.

Очень счастливым.

Словно ребенка, когда его похвалили.

— Эм. Я еще не закончила читать... но мне оно очень нравится.

— В самом деле... это хорошо.

— Но...

Сагири пробормотала.

— Но?

— Если ты планируешь издать это... Ты не можешь. Ты не можешь позволить кому-либо увидеть это... Это так смущает.

Сказав это, Сагири вернулась к прочтению.

— .......

Действительно, я не мог опубликовать это. Если читатель поймет это, то будет слишком неловко.

Кроме того...

Я написал это всего лишь для одного человека. Изначальная миссия была выполнена; больше мне ничего не надо было делать. Я также не мог продолжать это. Если я захочу опубликовать это, то мне предстоит очень сильно все редактировать.

Время снова проходило. Сагири читала мою рукопись, пока я ждал, когда моя младшая сестра закончит читать.

Пусть она была немного медлительна, но я не чувствовал тревогу.

И наконец.

Закончив последнюю страницу, Сагири сказала:

— Нии-сан.

Она сказала голосом кого-то, кто уже любил:

— У меня есть тот, которого я люблю.

— ...........

Мои глаза расширились. Я чувствовал, как что-то пронзило моё сердце.

— ... Это... так?

Да... даже Сагири, даже хикикомори... у неё был кто-то, кого она любила.

Потому что... мир такой громадный.

На «моё признание» Сагири ответила:

Я не могу ответить на твои чувства.

Хорошо, я понял это.

Всё нормально. Так я думаю.

Всё нормально.

Потому что мы брат и сестра.

Потому что я решил стать членом её семьи.

— Я понял.